Выпускник Мн СВУ полковник М.Н. Жданень

полковник М.Н. Жданень Газета «АиФ в Туле» в канун 23 февраля опубликовала статью о выпускнике Минского Суворовского военного училища, ветеране войны в Афганистане, полковнике в отставке М.Жданене, который в 50 лет уходя с военной службы имел 51 год военной выслуге. Представляем статью Вашему вниманию.

23 февраля все традиционно считают праздником всех мужчин. Но есть категория людей, у которых сложилось своё, совершенно особое отношение к этому дню. Это солдаты и офицеры Российской армии, воевавшие в Афганистане и Чечне, прошедшие «горячие точки» на постсоветском пространстве. И сегодня, в канун Дня Защитника Отечества, мы беседуем с одним из них – ветераном-«афганцем», полковником в отставке Михаилом Николаевичем Жданенем.

Биография этого человека, больше похожего на скромного заведующего сельским магазином, чем на боевого офицера, успешно могла бы послужить сценарием какого-нибудь захватывающего боевика. В послужном списке Михаила Жданеня десятки боевых выходов на территории Афганистана, несколько боевых наград, среди которых ордена Красной Звезды и Боевого Красного, командировки в «горячие точки» Азербайджана, Грузии и Чечни, участие в августовских событиях 91-го, миротворческая операция в Югославии. Однако, несмотря на все свои заслуги, Михаил Николаевич – человек очень скромный и о своих подвигах рассказывает крайне неохотно, но для тульских «Аргументов и Фактов» наш герой сделал небольшое исключение.

 — Михаил Николаевич, когда вы решили связать себя с армией?

М.Ж.: — Впервые в своей жизни я надел погоны в 15 лет, поступив в Минское Суворовское военное училище, которое, впоследствии, удачно окончил три года спустя. В 1974 я окончил Орджоникидзевское командное училище. Мне повезло с сокурсниками – я учился в одной группе с Александром Лебедем, тесно общался с будущим Председателем Союза десантников России Валерием Востротиным – командиром знаменитого 345-го воздушно-десантного полка. В 1985 году я окончил ещё одно высшее военное учебное заведение – Военную Академию им. М.В. Фрунзе, а в год спустя попал в Афганистан.

— Я знаю, что люди, прошедшие войну, очень не любят рассказывать о своих подвигах…

М.Ж.: — Потому что об этом нельзя сказать словами, это что-то глубоко личное, внутреннее. Приведу пример. Сейчас много говорят о героизме, о славе, о героях. А кого нужно считать героем? Люди, услышав, что человек во время службы был поваром или писарем, презрительно ухмыляются – мол, «штабная крыса». Им и в голову не может прийти, что тот же писарь или повар перенес не меньше, чем самый прожженный вояка. К бойцам хозчастей, находившимся в Афгане, я отношусь с глубоким уважением, как и ко всем «афганцам». Ведь повар порой рискует ещё больше обычного солдата. Нужно съездить за водой или за продуктами – пробираться нужно по узким, часто заминированным, тропам, каждую минуту рискуя попасть под обстрел. То же самое и с подвигами. Рассуждать об этом можно бесконечно долго, но я скажу одно: я считаю героем каждого из ребят, которые воевали вместе со мной. То, что они оказались в этой стране – уже самый большой подвиг, достойный самых высоких наград.

— Как на вас повлиял Афганистан?

М.Ж.: — Хорошего там, конечно, было мало. Но война научила меня разбираться в людях. Там люди раскрываются моментально, и становится видно, какой человек на самом деле – надежный или нет, мужчина или трус. В Афганистане это было очень важно, потому что полагаться там мы могли только на себя.

— А как же афганские военные? Они же были обязаны помогать советским частям.

М.Ж.: — Мы им никогда не доверяли полностью, потому что у каждого второго афганского бойца «на той стороне» воевал кто-то из родных. Да и новобранцев они набирали в основном из бывших бандитов. И как, по-вашему, человек, который год-два провёл в банде душманов, может «перестроиться» и сразу перейти на другую сторону? Поэтому мы старались держать афганцев подальше, рассчитывая только на свои силы.

— В 1988 году, на закате перестройки вы вернулись в совершено другую страну…

М.Ж.: — У меня в роте был армянин Гиви. Однажды он приходит ко мне и говорит: «Командир, отпустит в Кировабад (ныне Гяндж, Азербайджан) на день, жену забрать, а то убьют – там армян каждый день убивают». Я не поверил и сам поехал в Кировабад (там находилась и моя семья). И когда я увидел, что в моей стране люди, которые веками жили рядом, режут друг друга, как баранов, я понял, что Союзу пришёл конец. СССР прекратил своё существование не в 91 году, он развалился гораздо раньше, когда на карте загорелись «горячие точки» межэтнических конфликтов. После Кировабада были Баку, Степанакерт, Тбилиси…

— Как вы оказались в Туле?

М.Ж.: — В 1990 году я перевёлся в 106-ю ВДД на должность зам. начальника штаба, а уже год спустя нас погнали в Москву, где мы несколько дней стояли, ожидая приказа о захвате Белого дома. Причём приказа было два – один в 91 году, а другой – 2 года спустя, во время октябрьского путча. Так что я, можно сказать, «побил рекорд» самого Наполеона – он брал Москву один раз, а я – дважды!

— Потом была Югославия?

М.Ж.: — Сначала я попал в Приднестровье, и даже полгода был комендантом города Бендеры – руководил комитетом по восстановлению правоохранительной системы и инфраструктуры города. А в 1995 году, в составе группировки «голубых касок» ООН был направлен в Югославию. Там нас регулярно обстреливали, а мы не имели права открывать огонь, и вынуждены были прятаться по углам, рядом с местными жителями. Потом, с 1995 по 2001 год, была Чечня.

— Получается, вся ваша жизнь прошла в погонах…

М.Ж.: — Да, я провёл в армии 35 лет. Когда в 2002 году уходил на пенсию, мне, с учётом «боевых» насчитали 51 год выслуги, хотя мне к тому времени исполнилось 50. Уйти решил, когда в один «прекрасный» день не смог залезть в кабину БМД. Просто не влез в люк. Сразу сказал себе: «Больше форму не надену». Потому что в моём понимании офицер всегда должен быть собран, подтянут, спортивен. А какой это офицер, если он не может пробежать стометровку без одышки?..

— Вы быстро нашли себя «на гражаданке»?

М.Ж.: — Да, помогли старые связи. Я пошёл работать в спортивный комплекс Косогорского металлургического завода, а сегодня уже руковожу им. В моей трудовой книжке всего два места работы – армия и этот спорткомплекс. Может, это не так много, но для меня это – самая большая гордость.

 

По материалам http://www.tula.aif.ru/society/article/30851

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

15 − три =