Старший лейтенант Дударь Василий Михайлович

(29.06.59 — 29.09.83 гг.)

Командир разведывательного взвода. Родился 29 июня 1959 года в деревне Кругель Каменецкого района Брестской области БССР. Белорус.

В 1974 году окончил 8 классов Орепичской средней школы.

В Вооруженных Силах СССР с 05.08.1976г.

Образование:

  • Минское СВУ в 1974 – 1976 гг.
  • Казанское высшее танковое командное училище в 1976 – 1980 гг.

Мать, Ольга Константиновна, работает учительницей, отец, Михаил Васильевич, директор начальной школы в деревне Орепичи Жабинковского района Брестской области.

С 4 октября 1980 года по 15 февраля 1983 года служил командиром танкового взвода.

24 марта 1983 года направлен в Афганистан командиром разведывательного взвода.

В Республике Афганистан с февраля 1983-го. Неоднократно принимал участие в боевых операциях.

29.09.1983 г. в ходе боя, будучи тяжело раненым, подполз к дому, из которого противник вел пулеметный огонь, мешавший продвижению, и забросал его гранатами. В этом бою погиб, но обеспечил возможность разведчикам выдвинуться к кишлаку и блокировать выходы из него.

За мужество и отвагу награжден орденом Красного Знамени (посмертно). Похоронен в деревне Орепичи Жабинковского района Брестской области. Его имя присвоено пионерской организации Жабинсковской средней школы №1.

Приказом Министра обороны Республики Беларусь № 118 от 30 апреля 1994 года навечно зачислен в списки личного состава 1 роты суворовцев Минского СВУ.

Из статьи Ф. Мухи «Средний сын», газета «Заря» 26 февраля 1988 г.

…Рос Василий Дударь мальчуганом озорным и непоседливым. Как многие мальчишки, мечтал о профессии военного. Когда мечта стала твёрдым убеждением? Этого ни отец его Михаил Васильевич, ни мать Ольга Константиновна, которые и сейчас учительствуют в Орепичской школе, точно сказать не могут. Может быть, в то время, когда домой стал приезжать на каникулы из суворовского училища старший сын Александр. Или тогда, когда с Удивительным не школьным азартом Увлёкся Вася историей… В душе Ольга Константиновна надеялась, что средний отцовского дома так рано, как старший, не покинет. Против этого был и Михаил Васильевич.

Но после восьмилетки сын наперекор родительской воле принимает самостоятельное решение — уезжает в Минское суворовское училище. Была у отца с матерью надежда — вернётся, вступить в суворовское не так-то просто. Но не сбылось. В дом сельских учителей на побывку стали приезжать сразу двое бравых суворовцев.

Потом был Василий Дударь курсантом Казанского высшего танкового училища. В 1980 году начал службу в строевой части в должности командира танкового взвода. В родительский дом последний раз приезжал в 1982-м, перед тем, как отправиться на новое место службы — афганский город Баглан.

Примерно тогда же призвали на службу и младшего из сыновей — Сергея, недавно окончившего десятилетку. Из разных частей света стали получать отец с матерью письма от троих сыновей. Вместо обратного адреса на каждом из них стоял номер полевой почты.

С особым волнением читались, конечно, письма из Афганистана. О себе Вася писал скупо. Больше рассказывал об афганской земле, удивившей его по весне неожиданной живописностью, о поразительных контрастах жизни её хозяев. Писал о своих боевых товарищах, афганских друзьях… «Всё идёт нормально,— писал офицер.— Привыкаю к экстремальной ситуации». В бодрости и скупости этих слов узнавали отец с матерью характер среднего — решительный, неунывающий, и понимали (хотя события в Афганистане тогда ещё только начинали свой трагический разбег), что Василию и его боевым товарищам там приходится нелегко. О том, каким на самом деле был последний год жизни их среднего сына, они узнали потом…

…С задачей сопровождения и прикрытия мирных колонн на автотрассах подразделение лейтенанта Дударя справлялось отлично. Быстро изучил молодой командир повадки душманов, удачно предугадывал их действия. Коварству и хитрости «духов» солдаты его подразделения противопоставили постоянную боевую готовность, воинскую выучку, сплочённость. Но Василий Дударь понимал, что это ещё не передний край борьбы с афганской контрреволюцией. Встретить бандитские формирования при переходе через границу, сковать их действия, не дать проникнуть в заданный район — вот где видит он для себя «горячее дело», в котором мог бы применить тактические знания, полученные в училище и за годы военной службы.

Рапорт командованию и вот уже офицер в самом эпицентре событий, как пишет он об этом в своём письме домой. А через некоторое время новое, ещё более ответственное назначение — командир разведподразделения. Даже тем, кто никогда не носил военной гимнастёрки, что такое разведка, объяснять не надо. В боевых условиях — это риск на каждом шагу. Один из них для старшего лейтенанта Василия Дударя оказался последним…

Из писем В. М. Дударя родным

7 сентября 1981 г.

Здравствуйте, мама, папа!

Извините, что долго не писал. У меня был напряжённый период, так что времени совсем не было. Неделя, как вернулись с учений, и сейчас ставим технику на хранение. Днюем и ночуем в парке. Уже месяц не снимаю комбинезона, хожу грязный и чумазый. Воевали в горах, танки потрепали здорово, так что поработать есть над чем. Зато посмотрели горы, забирались на высоту почти 3000 м, попотели и помёрзли. На такой высоте сейчас холодно. Снег, ветер и сильный туман чередуются с солнечной погодой буквально через каждый час, а ночью — мороз, короче, пришлось постучать зубами. А спустились с гор — стоит жара…

21 марта 1983 г., Баглан

…Воспользовался колонной и отправил своё очередное, уже третье за этот короткий месяц письмо. Всего несколько слов, чтобы вы за меня не беспокоились. У меня по-прежнему всё идёт нормально. Мне здесь даже нравится. Служба намного легче, чем в Союзе. Условия жизни вполне приличные: белые простыни, каждую неделю баня с парной. Жить можно. А заменяться отсюда буду в Белорусский округ…

11 апреля 1983 г., Баглан

Здравствуй, братишка!

Извини, что не писал. Потерял твой адрес, и только сейчас мать мне его прислала. Ты, наверное, уже знаешь, что судьба забросила меня в самый эпицентр международных противоречий и я выполняю интернациональный долг в ДРА. Сама по себе служба здесь мне нравится. Но каждый день связан с определённой степенью риска. Здесь идёт война, о которой в Союзе мало кто догадывается. За эти 1,5 месяца, что здесь нахожусь, кое-что увидел и понял. Один из этих дней уже чуть не оказался последним для меня. Помогла случайность. А сколько ещё таких дней впереди! Но не жалею, что попал сюда. Ребята в моём хозяйстве хорошие. Все твоего возраста и младше, но уже битые волки, видели кровь и мясо. Двоих представил к орденам.

Вообще в этой азиатской стране всё кажется необычным и непонятным. Живут на стадии феодального строя. Ходят в чалмах и в паранджах. Басмачи кругом. Без автомата никуда высовываться нельзя. В город выезжаем только на танках или БМП. Интересно, романтика. За дровами, например, ходят танки и БМП. Берём их (дрова) с боем. Весело.

Кстати, у них сейчас 1362 год. И уровень жизни соответствует примерно XIV веку. А в дуканах (лавках) лежат дефицитнейшие для нас товары, начиная с джинсов и кончая японскими магнитофонами. С непривычки глаза разбегаются.

Вот кратко о себе.

Надеюсь, ты понимаешь, что эта информация не для наших стариков. Их нельзя беспокоить. И своим орепичским друзьям не пиши обо мне, чтобы по деревне не поползли ненужные слухи.

А как дела у тебя?

Мать пишет, что ты делаешь успехи в службе. Не будь разгильдяем и, самое главное, не забывай писать домой. Они там за нас беспокоятся…

3 августа 1983 г., Баглан

…По-прежнему жив и здоров. Возможно, в ближайшее время сменю место службы — перейду в Кундуз на охрану аэродрома. Из Баглана уходить не хочется: здесь и служба интереснее, и друзей уже много среди местного населения — активистов, и климатические условия лучше. А в Кундузе — нестерпимая жара и пыль. Вы спрашиваете, как здесь насчёт фруктов. Здесь оазис, и этого добра хватает. На отсутствие витаминов не жалуюсь. Здесь полно дынь, яблок, помидоров, абрикосов, персиков и пр,-Зимой — апельсины. Добываем их разными путями: приносят доброжелатели, иногда случайно попадаешь на бахчу или в сад и т. д.

Самое страшное здесь — эпидемии. У нее начался сезон тифа и желтухи. Он будет длиться почти до конца зимы. Тиф встречается реже, а гепатитом переболевает почти 50 %. При средних и тяжёлых формах отправляют лечиться в Союз и ещё дают месяц на реабилитацию. И выдают денежную компенсацию. Так что не исключена возможность побывать дома ещё и в этом году, но лучше, чтобы этого не случилось. А всего служить здесь мне осталось ещё 1,5 года. Но время летит быстро и незаметно…

18 августа 1983 г.

…Хочу сообщить, что по-прежнему жив и здоров. Сейчас стою в Кундузе, на охране аэродрома. Служба спокойная и монотонная. Одним словом — отдыхаю. Здесь интересно: прямо под моими ногами (стою на горе) — кишлак, и весь быт афганского дехканина как на ладони. Когда-нибудь сфотографирую сверху, и вам будет интересно посмотреть, как они живут.

Кундуз — город большой и богатый, в отличие от Баглана. Проходишь по дуканам — глаза разбегаются. Всё это очень интересно увидеть. Попасть в средний век не каждому суждено. Считаю, что мне с этим очень повезло.

Словом, за меня не беспокойтесь…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

19 + два =